Вера и верность: Бог есть Любовь

Работа была выполнена в форме сочинения-эссе. Это исповедь, в результате которой перед глазами читателей как кадры фильма, проходит жизнь автора, разделенная на две части «до»  и «после».

Жизнь человека состоит из отдельных моментов. Сами по себе они почти ничего не значат, даже противоречат друг другу. Но в какой-то момент они складываются в стройную картину, как мозаика, собранная рукой умелого мастера.

«Бог – есть Любовь»

«Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я - медь звенящая или кимвал звучащий.

Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, - то я ничто.

И если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы.

Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит.

Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится.

А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше».

(Послание Апостола Павла к Коринфянам 13, 1-...13)

***
(Детство)

«Бог – есть Любовь» – так сказал Апостол Иоанн (1 Ин 4,8). Он знал Бога. Он был его любимым учеником. Он слышал биение Его сердца на Тайной Вечере. Именно ему Бог заповедал заботиться о Его Земной Матери как сыну, сказав: «Это мати твоя». А Богородице: "Жено, сей есть сын Твой". Он жил долго, написал Евангелие и умер свой смертью. А еще он принёс нам "Откровение"...

Я не знал Бога. Наша семья жила в Ивановской области. Мой отец был чемпионом РФ по боксу, но после моего рождения бросил спорт и начал пить. Чтобы не рушить семью, мама уехала на Украину к родителям, взяв нас с братом с собой... Мне было тогда 7 лет. Мама писала отцу письма, в отпуск ездила к нему. Он говорил, что одумался, что бросил пить и начал строить дом. Они любили друг друга. И именно любовь вновь воссоединила нашу семью. Перед отъездом я тяжело заболел, бабушка выходила меня и приняла решение крестить меня, так как понимала, что никто кроме нее этого не сделает. Отпускать некрещеных внуков она не могла. Родители не были против, мама была крещеной сама, а вот отец – нет. Мне было тогда 9 лет.

Но я не знал Бога. Я видел таинство крещения как обряд, я знал теперь, что я крещен. А что это значит? Но с этого момента что-то изменилось во мне. Раньше я был «сорви-голова», справиться со мною не мог никто. Но с переездом в мою жизнь вернулся отец. Я видел любовь моих родителей между собой и к нам детям. И это было естественным в моей жизни. Я не знал Заповедей Божиих, мне о них никто не говорил, но какой-то регулятор в моей жизни уже появился. Я начал различать что хорошо и что плохо. Мне вдруг стало неприятно делать плохие дела. Появилось ощущение того, что ты этим кому-то доставишь неудобство, что об этом придётся сожалеть, за это придется отвечать. Я тогда еще не знал, что это был голос совести.

«Святитель Тихон Задонский пишет в своем слове «О совести»: «Бог, созидая человека, насадил в душе его совесть, дабы тою аки правилом управлялся и, что творить и от чего уклоняться, наставлялся. Совесть не иное что, как закон естественный или природный; почему и с законом Божиим написанным совесть сходна. Чего бо научает закон Божий, того научает и совесть». (Тихон Задонский, свт. Слово 16, о совести // Творения. М., 1889. Т.5. С.197).

Естественный закон восстанавливается в христианах при Крещении вместе с образом Божиим, и, если только человек прилагает к тому старание, он в продолжение жизни все более очищается и просветляется вместе с подобием Божиим.

Но закон естественный есть и у неверующих, и у язычников, но в них он в таком же положении, как и образ Божий, то есть растлился и пал. Тем не менее, если они все-таки следуют своей совести, хотя бы то и искаженной и оскверненной, но все же вложенной как Закон Божий в их сердца, она ведет их к Богу, когда язычники, не имеющие закона, по природе законное делают, то, не имея закона, они сами себе закон: они показывают, что дело закона у них написано в сердцах, о чем свидетельствует совесть их и мысли их, то обвиняющие, то оправдывающие одна другую (Рим. 2, 14-15), говорит апостол Павел.

Для христианина же, в котором чрез Крещение восстанавливается образ Божий и очищается совесть, последняя связывается еще с Ангелом Хранителем, который дается при крещении. Вот Ангел Хранитель и дает нам возможность деятельно читать книгу естественного закона». (Священномученик Сергий (Мечёв). Путь покаяния./ Беседы перед исповедью./О совести. Беседа первая.)

У меня всегда было ощущение, что если не делать «плохих вещей», то со мной по жизни ничего не случится, что я рожден для чего-то и что в этом есть какой-то смысл. Но какой – я не понимал.

В школе нам говорили, что Бога нет. Что мы, подрастающее поколение, строители коммунизма – светлого будущего, где всё будет для блага человека, всё бесплатно, но человек будет работать, исполняя свои обязанности перед обществом.

А я по-прежнему боялся покойников, верил в приметы и жил как все мои сверстники. Я перестал безобразить в школе, старался помогать родителям, хотя не всегда мне это нравилось. Родители очень хотели дочку, но что-то не получалось. Поэтому они собирались взять ребенка из детского дома, но через год у нас родилась сестрёнка. Заботы о сестре «свалились» на нас с братом. Но мы понимали, что это надо, это тоже помощь родителям, которые работали, чтобы обеспечить семью. Родители копили деньги на поездки в Донецк (к бабушке). Когда сестре исполнилось 2 года, мы всей семьей приехали к бабушке. В том же храме, где крестили меня, решили окрестить мою сестру, решение стать христианином принял и мой отец. Ему было тогда 40 лет. Недавно я спросил его, почему он это сделал? «Послабление Советской власти (началась перестройка, то был 1987 год) в отношении Церкви, дети все уже крещеные, дочку крестим, а заодно и меня!» - таков был ответ моего отца.

Понимали ли мы тогда, что все события нашей жизни – это проявление великой божественной любви? Нет. Мы тогда не знали Бога.

Умели ли мы любить? Имели ли мы любовь? Если бы нас спросили тогда об этом, думаю, что мы бы ответили: «Да». Это была любовь такая, обычная, человеческая, как у крестьян в веке 16, 17, 18, 19. Разница только в том, что те крестьяне тогда не просто знали о Боге, а сохраняя веру, воспитывая детей в вере, живя православными традициями, любили Бога. И благодарили Его за Любовь к ним. Они понимали это, а мы - нет!

А ведь в Гимне Любви Апостола Павла раскрыта правда о жизни без Бога: «Если я говорю языками …то я медь звенящая или кимвал звучащий.

Если я имею… и знаю… и могу… - то я ничто.

Если я раздам всё… и отдам… нет мне в этом никакой пользы».

***
(Испытание Любовью??? Взлет и падение: с 11 до 15)

Примерно через год после воссоединения нашей семьи у меня случился приступ аппендицита, через час была проведена операция. Я очнулся в палате, потрогал рукой живот, почувствовал бинт и понял, что всё закончилось. Живот не болел. Мне ужасно хотелось пить, было жарко, возможно, это отходил наркоз. Уже была ночь, и я задремал. Но, находясь в этом состоянии, я явно видел окружающих меня существ. Они были красного цвета, очень разные, начиная от Бабы Яги и заканчивая драконами. Все это наполняло мою палату. Очнулся от того, что у меня поднимаются ноги, и я делаю кувырок через себя, а хотя голова оставалась на месте. Пришла мысль: «Мне нельзя это делать после операции». Когда я открыл глаза, тело было на месте. И это повторялось несколько раз. В итоге я оказался смотрящим на себя сверху. Мне понравилось это состояние. Я видел с закрытыми глазами все, что происходит вокруг. И вдруг где-то вдалеке я увидел свет, который притягивал меня. И я полетел, как настоящий воздушный шарик! Мне было хорошо, вернее не было ощущения тела, как будто летело мое Я. Это невозможно описать словами.

Но на половине пути я остановился и заплакал: «А как там мои папа и мама? Они будут плакать, если я не вернусь». Мне был дан выбор: уйти или вернуться. Я решил вернуться, так как мне было жалко родителей.

Я полетел с той же скоростью в обратную сторону. Когда я вошел в свое тело, было неприятное ощущение, что я влезаю в какую-то тесную, жаркую одежду. Снова захотелось пить…

Через неделю позвонили родителям и сообщили, что у ребенка перитонит, его срочно надо везти в областной центр на повторную операцию, счет идет на дни. Мне исполнилось 11 лет.

Сейчас пишу об этом, уже зная, что подобное переживают люди в состоянии клинической смерти. Тогда же я этого не знал. Просто помнил все эти ощущения, они никуда не исчезали. Зачем мне нужна была эта память? Придя к вере, я постоянно слышал о памяти смертной, об этом писали святые, об этом они просили Господа в своих молитвах. Я не умел молиться, я не умел просить, я даже не знал, что об этом просить надо. А Господь, как заботливый Отец, дал мне эту возможность увидеть и помнить. Теперь я знаю, что это Он сделал по великой Любви ко мне.

Это было моим первым испытанием через 2 года после крещения. Любить Бога я не умел, но, видимо, любовь моих родителей дала мне возможность сделать выбор. Я не выбрал Бога – я Его не знал, я выбрал родителей – я их любил и боялся их огорчить своим уходом.

В Десяти Заповедях Божиих есть определенная последовательность. Так, в первых четырех говорится об обязанностях человека по отношению к Богу. Пятой открывается перечень заповедей, регулирующих отношения между людьми. Последняя призывает к чистоте мыслей и желаний. И 5-я Заповедь Божия звучит так: «Чти отца своего и матерь твою, да благо ти будет и да долголетен будеши на земли». Получилось, что моим выбором оказалось выполнение этой заповеди – первой в ряду определяющих людские взаимоотношения.

Однажды отец сказал мне в разговоре про церковь, что внешнее в церкви не главное, а «Бог у каждого в сердце». С этого момента что-то поменялось во мне. Я услышал слова отца, который не был воцерковлённым человеком и в церковь не ходил, да и до сих пор не ходит. Он не сказал о Боге в душе, как об этом сейчас много говорят. Он сказал именно о сердце. Откуда это отцу пришло в голову, откуда он об этом знает? Именно знает, он сказал об этом очень уверенно и твердо. Он даже Евангелие не читал. А ведь Господь сказал: «Сын мой! Отдай сердце твое Мне» (Притч.23, 26).

"Бог ищет сердца человека. «Даждь Ми, сыне, твое сердце». (Притч.23, 26) И если человек отдаст Ему своё сердце, то после Бог даёт ему то, что любит его сердце. Лишь бы это было ему не во вред. Нам следует избегать мирских вещей, чтобы они не пленяли нашего сердца. Будем пользоваться вещами простыми, такими, чтобы они лишь обеспечивали наши потребности. Желая пользоваться какой-то красивой вещью, я отдаю этой красоте всё своё сердце. Для Бога потом в сердце не остаётся места". (Поучения Старца Паисия Святогорца. 29. О мирском духе.)

Ещё через два года Господь вновь очень явно показал свою любовь к нам. Тогда мы этого не поняли. А случилось вот что. Наша семья должна была лететь самолетом из Донецка в Иваново. Родители собрались ехать за билетами, но что-то их задержало, они даже не помнят что. Когда они приехали, в кассу была огромная очередь, но билетов не хватило. Билеты были взяты на следующий рейс. Позже мы узнали, что самолет, на который мы не попали, разбился, и все пассажиры погибли. Об этом наша семья узнала гораздо позже. Господь сохранил.

А ещё через год во время урока труда мы разбирали сарай на территории школы. Там были доски, и стоял письменный стол. Я открыл ящик стола и увидел картину в странной металлической рамке. Там была изображена женщина и ребенок. В том месте, где должны были быть лица, виднелись дыры, через которые просматривалась черная доска.

«Зачем испортили такую красивую чеканку? Зачем эти дыры?» - подумалось мне. Я растерялся и отнёс находку учителю.

Он на это ответил: «Снимай железку, разбивай доску!».

Мне почему-то не хотелось этого делать, а учитель настаивал: «Ты должен это сделать сам: сам нашел – сам разбивай, потому что это пережитки прошлого».

Я снял рамку, переломил доску через колено. Но зачем-то я потер эту черную доску рукой: с картины на меня смотрели женщина и младенец. Мне стало очень жаль, что я показал учителю мою находку. Картина была настолько красивой, что мне захотелось принести ее домой и повесить на стену. Но было поздно. Домой я принес только рамку и показал ее родителям.

Я до этого случая никогда не видел ничего подобного, я даже не знал, что это была икона. Мне до сих пор тяжело об этом вспоминать.

А через год сгорел этот сарай, а чуть позже и оставшиеся два. На этом месте вырос лес, как будто там ничего и не было никогда.

Уже через много лет я узнал, что жизнь моего учителя не сложилась, а в конце жизни он тяжело болел и умирал в муках. Есть много свидетельств о том, что подобная участь постигала тех, кто осквернял святыни.

Промысл Божий трудно понять, но верится, что по своей великой Любви и милосердию к нам Господь посылает нам скорби для нашего спасения. Святитель Феофан Затворник говорит, «что Бог хочет умягчить … каменное сердце молотом строгого суда Своего, а человек не поддается и, замкнувшись в своем огрубении, предается той участи, какую приготовил себе...» Но «нет греха, побеждающего милосердие Божие, хотя на умягчение сердца, конечно, потребуются и время, и труд. Но ведь - или спасение, или погибель!» (107, 60-61).

Это событие стало последним ярким воспоминанием моего детства. Тогда мне было 15 лет.

***
(Везение?)

В 17 лет после окончания школы я уехал в город Кострому, поступил в технологический техникум по специальности технология приготовления пищи. Этот выбор был случайным. Я никогда не задумывался о своей будущей профессии, но по линии потребительской кооперации мне и моему приятелю дали направление в техникум города Костромы. В группе из 30 человек только двое были мальчишки: я и мой приятель. Нас поселили в женском общежитии. Но нас это абсолютно не волновало.

Однажды, придя фотографироваться, я увидел фото девушки в семейном альбоме. Девушка мне очень понравилась, оказалось, что она была лучшей подругой моей сокурсницы.

25 декабря 1990 года мы познакомились, дружба началась с 23 февраля 1991. Ругались каждый день, но и расстаться не могли. Уходил от нее поздним вечером, транспорт уже не ходил, и тогда впервые начал молиться: «Господи, пусть она станет моей женой!».

31 мая Мария попала в больницу с подозрением на аппендицит, оказалось, что у нее больные почки, до конца августа она лежала в больнице. У меня началась летняя практика, я работал через день, и мы все свободное время проводили вместе. Начался весенний призыв, я должен был уйти в армию 19 июня, но порезал палец, начиналось заражение крови - попал в больницу, оттуда сбегал в больницу к Марии. Её выписали в конце августа, а 18 ноября меня призвали в армию.

Через 8 месяцев Мария написала, что ждать не будет, что-то объясняла, но ощущение было таким, что это писала не она. Ответ за меня написали сослуживцы. К концу моей службы я узнал, что она собирается замуж. Я понимал, что ничего сделать не могу, находясь за тысячу километров от неё. Но по воле Господа я отправился в отпуск на 20 суток.

Мы встретились, она пообещала меня ждать. Служить мне оставалось 2 месяца. Вернувшись из армии, я узнал от матери моего друга, что Мария всё-таки выходит замуж. Позвонил ей домой, трубку поднял мужчина и сказал, что она спит, что будить он ее не будет. Я подумал, что это ее жених. Решил не мешать, пусть она будет счастлива.

Позже оказалось, что это был ее отец, но я его не узнал. Я уехал к родителям. Так значит было надо! В Иваново я поступил учиться в торговый техникум, а по ночам работал в ларьке.

Через 2 месяца я написал Марии письмо о том, как завидую ее мужу. Но зачем-то указал, где в Иваново меня можно найти. И она приехала. Она так и не вышла замуж. Через месяц мы подали заявление в ЗАГС. Единственным требованием со стороны моей избранницы было обязательное венчание. Ради нее я согласился.

Это было по любви к человеку, а не к Богу. Я снова выбирал любовь к человеку, не замечая любви Божией, которая наполняла мою жизнь, приписывая счастливые совпадения воле случая, везению.

Святитель Тихон Задонский писал: «…сердце человеческое: когда свободно и не имеет в себе мирских и плотских прихотей, удобно к восприятию любви Божией, а когда наполнено любовью мира сего и плотскими похотями и греховными пристрастиями, тогда любовь Божия в него вместиться не может. Сребролюбием, самолюбием, славолюбием, гневом и памятозлобием, завистью, гордостью и прочими беззаконными пристрастиями исполненное сердце как может вместить в себя любовь Божию?» (104, 1673). На любовь Божию я по-прежнему мог отвечать только эгоистическими просьбами.

***
(Венчание: жизнь с чистого листа
или возможность начать все с начала?
)

Как таковой подготовки к свадьбе не было. Я по-прежнему учился и работал в другом городе, а здесь, в Костроме, моя невеста искала тот храм, где мы должны были венчаться. Но всё оказалось довольно сложно. Странно, но в беседах со священниками о подготовке к венчанию было столько разной, противоречивой информации, что в какой-то момент Марина впала в отчаяние. Господь привел ее в Селище. После разговора с настоятелем храма отцом Борисом она приняла решение венчаться в этой церкви.

Подготовка к таинству не занимала места в моем сердце. Всё было как в тумане. Я помню свою первую исповедь, но не помню причастия. Запомнилась необычность обстановки и моих ощущений. В моем мозгу была только одна мысль: «Мы теперь вместе и разлучить нас невозможно!!!» Я был уверен, что мы будем вместе всю жизнь, в горе и в радости, в богатстве и в бедности, в здравии и в болезни. Навсегда.

«Ты, избравший совместную жизнь с женой, не будь беспечен, как будто ты вправе успокоиться. Для твоего спасения нужно больше трудов и осторожности, потому что избрал себе жилище среди сетей и державы отступнических сил (демонов). Ты имеешь перед глазами побуждения к грехам, и все твои чувства день и ночь напряжены к желанию их. Потому знай, что не избежишь борьбы с отступником и не одержишь над ним победы без многих трудов на страже Евангельских догматов». Святитель Василий Великий (8, 39).

Через 40 минут после Венчания состоялась официальная регистрация нашего брака в ЗАГСе, но никакого впечатления это действо на нас не произвело. Просто получили документ. Господь дал нам почувствовать эту разницу, хотя понять смысл Таинства мы тогда не могли, но ощущение тепла и чьей-то заботы не покидало нас на протяжении всей совместной жизни.

«Супружество имеет много утешения, но сопровождается и многими тревогами и скорбями, иногда очень глубокими. Имейте это в мысли, чтоб, когда придёт что подобное, встречать то не как неожиданность. Теперь вы вдвоём. И радости сильнее, а скорби легче пополам делятся». (Святитель Феофан Затворник)

Тогда мы не читали этих слов. Возможно, нам что-то и говорил батюшка в подготовительных беседах, но мысли наши были далеко, а сердца наполнялись любовью друг к другу. Мы были счастливы сиюминутным счастьем исполнения наших желаний.

«При венчании пьют общую чашу: вино, смешанное с водой, пьют до дна. Вино – радости совместной жизни, вода (и ее больше) – общие горести, беды и боли. Розы будут лишь в начале пути, а терния (их не избежать ни одной семье) проявятся позднее. Но количество их и болезненность будут зависеть от вашей мудрости, а главное – любви. Если в ваши чувства входит апостольское определение понятия любви, то от счастья будете недалеко». Архимандрит Иоанн (Крестьянкин)

Сейчас я понимаю, что это был безумный шаг, так как мы не виделись два года, встретились два раза, а на третий раз подали заявление в ЗАГС. Наша семейная жизнь начиналась не просто с нуля. Мы женились на наших воспоминаниях и прежних представлениях друг о друге, не подумав, что за два года мы оба изменились...

Но огонёк нашей любви, который загорелся тогда в наших сердцах, как лампада у иконы, был зажжен самим Господом. В свои восемнадцать мы смогли «любить так, как писал об этом Апостол Павел: человек «…не может бросить того, с кем сжился сначала первою, живою и ясною любовию, потом любовию, по слову апостола, милосердствующей, потом любовию долготерпящею, наконец, любовию, верующею в плоды терпения и в возможность исправления человека, которое иногда бывает и сверх ожидания, при особой помощи благодати Божией (1 Кор. 13, 4-8)». (Старец Паисий Святогорец). Господь сохранил нашу любовь, и мы забыли о том времени, когда были в разлуке, простили друг другу ошибки и падения. Жизнь начиналась с чистого листа. Господь снова дал нам шанс.

«Ко всякой христианской семье Бог посылает ангела маленьких жертв, вынимающего занозы, залечивающего уколы, облегчающего нашу жизнь и поддерживающего утомлённых. Этот ангел внушает людям одно только простое правило: добро не производит шума, шум не производит добра. Этот ангел подобен солнечному лучу, светящему, согревающему, оживляющему всех и никого не стесняющему. Присутствие ангела узнается по свободе от раздражения, рассчитанно-холодных и язвительных слов, мелкой мстительности, помрачающих семейную жизнь». (С. Остроумов, протоиерей (XIX-XX в.))

Мы не предполагали тогда, что Господь пошлет нам тяжелые испытания, и по милости Божией тлеющий огонек превратится в настоящую духовную любовь.

У старца Паисия Святогорца есть такие «Слова»: «Плотская любовь соединяет мирских людей внешне, только до тех пор, пока они обладают [необходимыми для такой плотской любви] мирскими качествами. Когда эти мирские качества теряются, плотская любовь разъединяет людей, и они скатываются в погибель. А вот когда между супругами есть настоящая драгоценная духовная любовь, то, если один из них потеряет свои мирские качества, это не только не разъединит их, но объединит еще крепче».

***
(Общая радость - благословение Божие)

В одной православной группе Интернета я увидел такие слова: «Брак – это живой организм, в котором двое становятся единым целым. И для нормального функционирования этого организма необходимо, чтобы в нем соблюдались определенные законы, установленные, с одной стороны, Богом, а с другой – самой природой, которая во многих случаях гораздо мудрее нас. В идеале главная цель брака заключается в том, чтобы два человека достигли такого единства духа, души, тела, которое было у первых людей в раю и от которого они испытывали блаженство. Муж как глава семейства заботится о нем, берет на себя ответственность за семью, именно на него ложится решение стратегических задач. Пастырь (пастух) – это тот, кто ведет свое стадо, кто оберегает его от хищных волков, кто отвечает за него перед хозяином овец (Богом). Естественно, жена, видя такую заботу своего мужа о семье, будет его слушаться и любить. Дети облюблены, муж обласкан, дом ухожен – вот главная роль женщины, чтобы ни говорили современные феминистки».

Сейчас понимаю, что тогда у нас строилась не семья, а совершалась попытка реализации собственных амбиций и представлений о том, каким должен быть муж, сын, что все должно быть «как у нормальных людей» - чисто феминистический взгляд моих современников на семью.

Настоящей семьей мы начали становиться только через 10 лет. И начало настоящих семейных отношений было положено рождением второго ребенка – нашей дочери.

«Семья — это путь спасения женщины. Семейный климат на девяносто процентов зависит от нее. Запущенные отношения напоминают дом, за которым никто не ухаживает. Со временем он просто разваливается на части. Ещё одна немаловажная роль жены – это молитва за свою семью. Кто, если не она? И за детей, и за мужа. Она своего рода ангел-хранитель для своих домочадцев. Третий закон – это деторождение. По сути, первой заповедью, данной человеку ещё в раю, было повеление Бога: «Плодитесь и размножайтесь». Но само по себе деторождение не является целью брака, ведь рано или поздно дети покинут родительский дом и обзаведутся своими гнездышками. Но дети – это благословение Божие супругам, данное для того, чтобы укрепить их любовь друг к другу».

Рождение дочери действительно стало благословением Божиим. Уже тогда мы знали, что или сейчас родится этот ребенок, или больше у нас уже ничего не будет. Мы мечтали о девочке. Врачи категорически были против рождения ребенка, потому что моя жена уже несколько лет тяжело болела.

Рождение сына не было настоящим рождением – это была плановая операция, которая не дает возможности женщине прочувствовать всю полноту материнства в момент естественных родов, радость вскармливания малыша молоком матери. Поэтому рождением второго ребенка Господь дал моей жене шанс изменить свою жизнь и отношение к семье. Это было прозрение. Это было счастье. Это была наша ОБЩАЯ радость. Но мы тогда не знали, что Господь подарил нам всего семь лет.

***
(Семья)

Изменились отношения – появилась мысль, что мы делаем общее дело. Если мы не сделаем, то никто не сделает, забота обо всех – общее дело. Мы – единое целое.

Мы купили машинку в кредит и стали сами шить пеленки, распашонки, чепчики, т.к. в семье постоянно ощущалась нехватка денег. Для кроватки ребенка места не было. Надо было что-то придумать. Я сделал кровать сам, таких размеров, которые позволяла комната. Одной 12-метровой комнаты для четырех человек было маловато, но даже здесь появилось изобретение – ширма-занавеска, делившая комнату на две половинки.

После рождения дочки, я решил поменять работу. Цель была одна – обеспечить семью, но и возможность быть больше времени дома. Изменилась и жена, вернее ее отношение к своим обязанностям. Господь расставлял в нашей жизни всё по своим местам.

Я начал больше думать и анализировать как на работе, так и дома. Появилась большая ответственность, довольно осознанная. Я уже не полагался на авось. Я решил, что единственное, чем я могу послужить своей семье – я могу работать не щадя себя, принести себя в жертву. Я даже поставил свой личный рекорд – люди приходили с утра на работу, а я уже был там, когда все уходили – я оставался работать. Моя супруга все это понимала, а главное, приняла это мое решение. Это было моё первое мужское, самостоятельно принятое решение.

Результатом стало приобретение – мне не надо ничего чужого, я всё могу заработать сам. Я стал профессионалом в своем деле и заложил фундамент будущего. Изменилось мое положение в коллективе, отношение начальства ко мне. Всё, за что я брался, научился доводить до конца. Это было уже внутренней установкой, как выполнение послушания. Это труд во славу Божию. Господь дал мне талант, и я его реализовывал с полной ответственностью.

Но однажды я увидел, что на этом предприятии я могу зарабатывать больше. Я спросил, как этому можно обучиться, спросил и …забыл. Но через какое-то время мне это предложили. А я ведь об этом даже и не мог мечтать.

Первое, что я сделал, спросил, сколько времени я могу думать. Ответом было: об этом не думают. Такое предложили только мне! Это было настоящее чудо. Я посоветовался с Марией. Она ответила: я приму любое твое решение. Если ты считаешь, что это надо, то я согласна.
Она повела себя как настоящая христианская жена.

Но с переходом на новую работу началась паника: у меня ничего не получается, смогу ли я работать в этой профессии. Жена меня не просто поддержала, она вытащила меня из этой ситуации. Со временем все наладилось. Я стал профессионалом, я снова работал с утра до ночи, Мария везла на себе дом, хозяйство, детей, не упрекая меня ни в чем. Я даже не заметил, когда в моей жизни поменялись местами семья и работа. Работа вышла на первое место, она заменила мне семью, жену и детей, стала моим домом. Этот порядок вещей выстроился не случайно. В жизни православного христианина на первом месте Бог, потом семья, потом работа. Но вот Бога в нашей семье не было ни на первом, ни на втором, ни даже на третьем месте. Я по-прежнему не научился Его любить и видеть его любовь ко мне в моей жизни. Я не смог впустить Его в своё сердце. Наша семья так и не смогла стать той малой церковью, о которой сейчас так много пишут, но о которой мы тогда НИЧЕГО не знали. Последствия не заставили себя ждать.

Наша жизнь стала все больше напоминать кошмарный сон, от которого невозможно было пробудиться. Пока я пропадал на работе, мою жену втянули в бизнес. Она приняла решение сама, а меня поставила уже перед свершившимся фактом. Соблазн был велик, ее захватила страсть самостоятельно зарабатывать деньги, только это как раз и не получилось. Сначала она тратила те деньги, которые у нас были. Потом появились долги, которые всё труднее было отдавать. Но потом проблема поиска денег стала принимать вселенские масштабы, была забыта даже семья. Наш сын постоянно нянчился с сестренкой, иногда спасал детский сад. Но родителей заменить он не мог. А мы по-прежнему пытались найти выход из создавшегося положения, но каждый по-своему. Жена пыталась расширить бизнес, постоянно пропадала на работе, я, не в силах убедить ее остановиться, стал раньше возвращаться с работы, готовить ужины, пытаясь помочь жене. Мы не заметили, как поменялись ролями. Но бороться с любимым человеком я не мог.

Тогда я не понимал, что бороться надо было НЕ с человеком, а с его страстью. Что человеку самому справиться с этим невозможно, только помощь Божия могла нас спасти. Но мы этого не понимали! Остановиться самим нам тоже не представлялось возможным.

Но что невозможно человеку, возможно Богу. И Он по великой милости своей дал мне возможность бороться за любимого человека и прожить оставшиеся полгода в настоящей христианской любви. Там было много добродетелей: смирение, когда я узнал, что возможности функционирования организма Марии уже исчерпаны; кротость, которая дала мне силы отвергнуться себя и жить ради спасения любимого человека. «Кроткий, принимая на себя удары, остается тверд; во время ссоры спокоен; в подчинении доволен, не уязвляется гордыней, в унижениях радуется, заслугами не превозносится, не кичится, со всеми живет в мире». Преподобный Ефрем Сирин (25, 17).

Я научился молча сносить обиды, спокойно разговаривать с людьми, научился просить о помощи, принимать действительность такой, какая она есть. Я перестал мечтать, но пытался молиться, стал слушать Евангелие, для Марии из Дивеево привез иконы, воду из святого источника, краткое правило Серафима Саровского. Я надеялся на чудо, но врачи говорили мне: «нет». А я надеялся и проводил в больнице с моей женой всё время, которое у нас было.

Врачи предложили новый метод продления жизни. Эта авантюра давала шанс. Мы согласились. Сначала всё получалось. Она жила, и тогда я заметил, что Мария вдруг стала необыкновенно красивой! Я удивлялся: «Как так может быть?» С одной стороны, токсины перестали отравлять ее организм, а с другой стороны из жизни ушла та греховная страсть, сжигавшая ее изнутри. Господь дал возможность запомнить эту красоту. Но это продолжалось недолго. Через полтора месяца появились симптомы, которые наши врачи никак не могли объяснить. И всё началось заново.

Господь всегда стоял рядом с нами и ждал, когда же мы это увидим, и попросим, и будем уповать только на Него, когда отдадим Ему своё сердце. «Кого Я люблю, тех обличаю и наказываю. Итак, будь ревностен и покайся. Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною. Побеждающему дам сесть со Мною на престоле Моем, как и Я победил и сел с Отцем Моим на престоле Его. Имеющий ухо да слышит, что Дух говорит церквам". (ОТКРОВЕНИЕ 3:19-22)

А мы продолжали бороться за жизнь, временную, уходящую, но ситуация становилась всё хуже и хуже, меняясь каждые четыре часа. Это напоминало агонию (от др.-греч. ἀγωνία — борьба), когда все усилия направлены на борьбу с угасанием жизненных сил. Только мы этого не видели или не хотели видеть. 27 февраля Мария отошла ко Господу. Окончился временный путь и открылся путь в вечность.

Хотел бы я вернуть всё назад? Нет. Не хочу, потому что там, в той жизни меня мучил быт, материальная сторона жизни, там нет будущего. А сейчас просто появилась надежда. На будущее, вечное будущее.

Каждое воскресение я иду в храм, и Мария идет со мной. Потому что мы – единое целое. И в этой земной жизни рядом сын и дочь. Мы вместе. Таким образом, объединились два мира в нашей семье – земной и Небесный, видимый и невидимый.

Меня всё время мучил один и тот же вопрос. И однажды я отправился к одному монаху, пытаясь найти ответ. Но войдя в его келью, я услышал вопрос от него: «Ты хочешь узнать, почему Бог забрал у тебя Марию?» И я ответил: «Я это знаю! Я любил ее больше, чем Бога». Говорят, что Господь призывает человека тогда, когда он наиболее готов. Вероятно, Мария уже была готова, а вот я должен теперь сделать то, что не смог при ее жизни. За нас двоих – один. Нет, не один, а с любящим нас Богом.


Назад к списку