Проба пера: Крестный ход

 

 

 

 

 

 

Крестный ход  из небольшого поселка в Мордовии под названием Старое Шайгово до села Дивеево, что в Нижегородской области длился уже пять дней. Паломники, а их было пятьдесят два человека, преодолели уже сто шестьдесят километров…

Этот крестный ход проходил в канун большого православного праздника – Обретения мощей преподобного Серафима Саровского и должен был подойти к стенам Дивеевского монастыря 31 июля, а на следующий день все паломники хотели принять участие в праздничном Богослужении и причаститься Святых Христовых Таин.

На торжественное Богослужение ожидался приезд иерархов русской православной церкви  и  гражданских властей. Поговаривали, что ожидается участие Президента или Премьера РФ.  В связи с этим, были приняты усиленные меры безопасности и вокруг Дивеево были сооружены блокпосты, а в самом поселке повсюду можно было видеть людей в форме.

Наверное, эти меры имели смысл, поскольку кроме высоких чинов, в Дивеево прибыло огромное количество простых людей – паломников из многих уголков России и зарубежья, а в теперешнее не простое время от врагов России и православия можно ожидать чего угодно.

Еще одно интересное наблюдение. В эти дни в Дивеево прибыло  большое количество цыган. Они все были с крестами на груди, следовательно, православными. Но видимо зов  предков сильнее многих заповедей Божиих. Они заполняли собой все пространство Дивеевского монастыря и его окрестностей. Шумные толпы цыган «оккупировали» все святые источники Дивеево, весело и беззаботно получая в них благодать. Поддаваясь инстинкту, просили они милостыню, как у стен монастыря, так и в самом монастыре. Но вместе с тем, множество этого веселого народа я видел и на праздничной Литургии, подходящих вместе с детьми к Чаше для Причастия. Правда делали они это также беззастенчиво и громко, как и все остальное в своей жизни.

Но речь в рассказе, конечно же, не о них, я лишь хотел воссоздать фон, который царил в Дивеево в те дни. Возвращаюсь к рассказу о крестном ходе.

Так как опыта преодоления таких расстояний пешком у меня не было, я решил участвовать в нем хотя бы на последнем его этапе – однодневном переходе.

Предшествовал этому желанию звонок на мой мобильный телефон схиигумена Агафона за две недели до крестного хода.  По Божьему промыслу, в это время  я находился  в Дивеево вместе с женой Надеждой, отмечая свой день рождения. Кроме этого, находясь в непростой жизненной ситуации, решил попросить помощи у Великого Святого Земли Русской.

Многие, наверное, знают отца Агафона, бывшего игумена Свято - Николо - Тихоновского монастыря в Ивановской области, а теперь по воле Божьей оказавшегося в Мордовии в небольшом селе Старое Шайгово вместе с пятью братиями монастыря. Чтобы рассказать об этом человеке с непростой судьбой и большом молитвеннике о нас грешных, необходимо написать другой рассказ и может, когда-нибудь, с благословения отца Агафона я это сделаю. А пока, напомню, что не единожды отец Агафон организовывал крестный ход от стен монастыря в Ивановской области до Ипатьевского монастыря в Костроме в дни, когда празднуется обретение Федоровской Иконы Божьей Матери.

Отец Агафон по телефону рассказал мне про новый крестный ход и что идут они просить Батюшку Серафима, чтобы тот встал на защиту Земли Русской, так как время наступает для Святой Руси очень тяжелое. Просил проинформировать «честных православных людей» в Костроме, может, кто примкнет к паломникам из Мордовии.

Тогда у нас с женой возникло желание еще раз приехать в Дивеево, так как понимали мы, что не случаен этот звонок и промысел Господа в нем. Позднее мы убедились, что это именно так. Господь через  людей, которых я встретил в те праздничные  дни в поселке, многое мне разъяснил и в моей душе, наконец – то, поселился покой.

 На въезде в Дивеево (а паломничаем мы обычно на своей машине)  на одном из блокпостов сотрудники полиции осматривали автомобили и проверяли документы у водителей и пассажиров. Мы притормозили, ожидая, что сейчас проверят и нас, но на нас сотрудники правоохранительных органов не отреагировали, видимо мы вызывали доверие. Увидев в этом добрый знак, мы поехали дальше. Равновесие наступило на следующий день, когда все наше шествие с иконами  и хоругвями ждало искушение  при входе в Дивеево. Но об этом чуть позже.

А пока,  мы приехали по знакомому нам адресу в гостеприимный православный дом, в котором уже останавливались в первый свой приезд. Радушная хозяйка, обязательно назову ее имя - Елена, встретила нас и разместила в комнате (опять же в той самой, где мы проживали в прошлый приезд). Мы поклонились Федоровской Иконе Божьей Матери, которая находилась в Красном углу гостиной. Именно наличие этой иконы, а также  множество  других старинных  и современных икон в  доме Елены,  определило наше решение поселиться в нем. Вообще-то,  мы заказывали жилье через Паломнический центр монастыря, но в результате, как мы по началу считали, не «доброго» отношения к нам сестер монастыря, мы оказались на улице без жилья. Это потом, нам маловерам, Господь через охранника монастыря дал номер телефона Елены, которая находясь в то время на Крестном Ходе в Екатеринбурге, пустила нас к себе, да еще и взяла с нас столько за жилье, сколько мы сами назвали. Кстати, мы в тот приезд с ней так и не увиделись. Наше заочное знакомство переросло в очное знакомство, да и надеюсь в дружбу, только во второй наш приезд в Дивеево. Она оказалась замечательной женщиной, у которой останавливались и останавливаются в настоящее время очень интересные люди. Удивительная встреча произошла у нас в ее доме в первый приезд и еще более удивительные встречи произошли во второй. Но рассказ об этом так же требует своего изложения в   следующем моем опусе, если, конечно Господь сподобит меня на него.

Терпение Ваше, дорогой читатель, от моих лирических отступлений уже, наверное, на пределе, поэтому я делаю очередную попытку изложить описание моего (вернее нашего с женой) участия в крестном ходе.

30 июля в пятом часу пополудни мы прибыли в Дивеево. Нас встретила Елена, разместила  в комнату, которую мы уже считали своей,  и любезно предложила отвезти нас в деревню Кременки, что находится в пятнадцати километрах от Дивеево и откуда стартует последний этап шестидневного крестного хода. Когда мы ехали в деревню, предположили, что искать паломников необходимо у храма, возле которого, логичнее всего остановиться на отдых.  Так и случилось. Мы подъехали к храму и увидели несколько женщин, исполняющих свое послушание на полевой кухне и несколько мужчин возле автомобилей, среди которых  мы встретили и схиигумена Агафона, которого я не видел уже почти целый год. И, несмотря на то, что иногда созваниваюсь с ним по телефону, мне  радостно было увидеть его в добром здравии. С нашей последней встречи он изменился, несколько посвежев и даже морщин у него поубавилось. Как он сам признался нам, в Мордовском селе Старое Шайгово он чувствует себя спокойнее и больше времени у него остается  на молитву и строительство храма.

Получив благословение у схиигумена Агафона, мы узнали от него, что паломники  подойдут минут через сорок и останутся на ночлег на поляне возле храма в палатках, которые были заранее приобретены благотворителями специально для крестного хода.

Чтобы не отвлекать от своих забот Елену, мы решили уехать на ее машине в Дивеево и, пересев там на свою машину, вернуться обратно к паломникам. Мы так и сделали и уже через час мы снова были у храма в деревне Кременки.  Крестный ход еще не вошел в деревню, и у нас появилась возможность  побеседовать с отцом Агафоном, которого, как всегда, я заваливал своими вопросами, а он спокойно и терпеливо мне на них отвечал. Наконец, мы услышали слаженное пение Иисусовой молитвы, и  на поляну к храму из-за поворота вышла колонна людей. Паломники, а в основном это были женщины, несли иконы, кресты, хоругви. Все это, подойдя к ограде храма, они поставили вдоль нее, а сами растянулись на траве в блаженстве, давая отдых своим ногам. Позади пять дней пути, впереди еще один, но самый короткий и самый желанный - торжественный вход крестного хода в Дивеево к стенам монастыря. Люди были усталыми, но не измученными, а счастливыми и лица их излучали такую радость, что она незамедлительно передалась и нам с супругой. Кстати сказать, моя жена не собиралась идти с крестным ходом и не взяла даже для этого специальной обуви, но  именно тогда она приняла твердое решение идти этот последний этап вместе со всеми.

Итак, колонна расположилась на отдых, полевая кухня заработала, возвращая физические силы паломникам. Отец Агафон уже все внимание свое обратил к  вновь прибывшим, а мы с женой убыли в Дивеево на ночлег, предварительно получив благословение приехать на следующее утро к шести часам утра. Все собирались продолжить путь именно в это время, пока еще не  слишком жарко.

 Чтобы не обременять нашу хозяйку, мы еще с вечера заказали такси для доставки нас в деревню Кременки. На следующее утро в половине шестого к нашему дому подъехала « видавшая виды» машина.

Таксист оказался молодым словоохотливым пареньком, который объяснил нам, что вообще - то «туда» другие таксисты не ездят, так как в связи с плохой дорогой они берегут свои машины. К слову сказать, дорога на самом деле была отвратительная, а в некоторых местах её просто не было. Молодой человек пояснил, что ему нужны деньги, чтобы содержать свою семью, поэтому он берётся за любой заказ. Это, кстати, было видно по его машине, настоящая БМВ - так я называю «боевые машины водителя». Марку его машины я определить не смог, но, тем не менее, через полчаса мы были на месте. Взяв с нас триста рублей, что вообще - то не слишком дорого для дистанции в пятнадцать километров по бездорожью,  он с нами распрощался.

В палаточном лагере мы были в шесть утра, исполняя благословение о. Агафона. Стояла мертвая тишина, никакого движения не наблюдалось. Люди, уставшие от пятидневного перехода, ещё спали в своих палатках. Заключительный этап хода был короче и ответственнее всех предыдущих и паломники, по всей видимости, решили хорошенько отдохнуть. Следует отметить, что паломничество проходило в непростых условиях. В то время стояла жара, и столбик термометра редко опускался ниже тридцати градусов. Это в тени, а идти приходилось по открытым участкам местности, так что солнце пекло немилосердно. Следует отметить, что среди участников крестного хода мужчин было немного, в основном это были женщины. Было и несколько детей 10-12 лет.

Мы с супругой нашли удобную скамеечку, стоящую возле храма и, сев на неё так, что весь палаточный лагерь был как на ладони, стали ожидать всеобщего пробуждения. Утро было свежее, на небе собирались тёмные дождевые тучи. Все это вызывало в нас беспокойство о том, что мы не взяли никакой тёплой одежды, хотя ближе к полудню мы благодарили Бога, что не сделали этого, так как тучи рассеялись, и началась жара.

Сразу скажу, что экипированы мы были не по - походному. Моя жена Надежда, которая в последний момент решила идти заключительный этап, была в босоножках, а я в лёгких открытых резиновых сандалиях на босу ногу. От кроссовок я отказался в связи с тем, что стояла жаркая погода. Вообще-то, выбрав такой вариант обуви, я через час пути понял, что был не прав, так как натер на стопе большую мозоль, которая давала мне знать о себе на всем протяжении пути. Слава Господу, что Он дал мне возможность хоть немного претерпеть и, как мне казалось, я достойно вынес это небольшое испытание, хотя походка моя со стороны выглядела, наверное, не очень привлекательно. Только молитвы ко Господу и Батюшке Серафиму, икону которого я нес на плечах весь путь, помогли мне благополучно его преодолеть.

Пока я, дорогие читатели, рассказывал вам о своих будущих страданиях в пути, в лагере началось пробуждение. На часах уже восемь и из палаток по одному начали появляться на Свет Божий сонные паломники. Их путь к туалету и колодцу с водой пролегал мимо нашей скамейки и мы, приветствуя друг друга, визуально познакомились со всеми участниками крестного хода. Возраст людей, как я уже рассказывал вам, был самый разный - от десяти до семидесяти лет и преимущественно это были женщины. Позднее мы со всеми  познакомились и они оказались милейшими людьми,  хотя поначалу отнеслись к нам настороженно. Оно и понятно, люди пять дней совместно преодолевали все тяготы пути и тем сблизились, а мы были новенькие в их группе. Однако на мой громкий вопрос возьмут ли они нас с собой, все дружно ответили утвердительно и, возникла уверенность, что понимание будет найдено, в чем мы позднее и убедились.

Итак, в группе все знали свои обязанности и несколько женщин начали слаженно хлопотать возле полевой кухни.

Когда мы выразили желание им помочь, они дружно ответили отказом. Мы поняли, что лучшая помощь это не мешать им. У них все было отлажено до автоматизма. Другая группа начала укрывать расставленные на траве вдоль церковной ограды иконы целлофаном, так как тучи, которые с шести утра собирались на небе приобретали все более угрожающий вид. Этой группе мне немного удалось помочь и как только мы сделали это, начал накрапывать дождик, пока ещё небольшой, но обещавший перерасти в ливень. Люди спокойно воспринимали это и даже шутили, что душ был бы кстати. Мы с женой настроились  достойно претерпеть испытание водой небесной, и были уверены, что в Дивеево войдем мокрые насквозь. Забегая вперёд скажу, что этого не случилось, поскольку дождь шёл ровно до того момента, пока мы не тронулись с места. Видимо Господь поторапливал нас в путь и как только мы двинулись, тучи исчезли, открылось солнышко и на всем пути на нас не упало ни одной дождинки.

Итак, пока паломники исполняли свои привычные обязанности, нам удалось ещё с немного побеседовать с о. Агафоном. Я как всегда мучил его вопросами о последних временах, о воцарении царя в России о том, что необходимо предпринять православному патриоту в связи с ситуацией в мире, особенно в   Украине. Мы с о. Агафоном по многим этим вопросам находимся на одной волне. Просил я у него совета и по поводу взаимоотношений с сыном, с которым не могу найти общий язык и чувствую, как все больше мы удаляемся друг от друга. Спасибо о. Агафону, он терпеливо вразумлял меня. Наконец он сказал, что пора идти на отчитку, так как среди паломников находятся четверо бесноватых, в их числе  был  отрок, чей колючий взгляд мы постоянно ловили на себе, и  молодая женщина, которая во время отчитки вела себя так, что кровь у нас буквально стыла в жилах.

Через некоторое время «камбузные работники» позвали всех на завтрак и мы, помолившись Господу и Пресвятой Богородице, очень вкусно позавтракали под моросящим дождем

После завтрака, опять же дружно поблагодарив Господа, все упаковали свои вещи, погрузили их в машину и встали на молебен. После 20 минутного молебна, о. Агафон окропил нас Святой водой, благословил, и мы начали разбирать иконы, кресты и хоругви и выстраиваться в колонну. Я очень хотел что-нибудь понести на заключительном этапе крестного хода и предложил  старосте колонны свою помощь. Староста с радостью принял мое предложение и подвел к самой большой иконе, которую несли мужчины. Эта  была икона Святого Преподобного Серафима Саровского, на которой он изображен в полный рост вместе с последним Российским царем - Святым Страстотерпцем Николаем ll. Я обрадовался этой возможности, так как очень почитаю обоих и являюсь монархистом по своему убеждению.

Но радость моя была преждевременная, так как у мужчин, которые несли эту икону, оказалась очень дружная и слаженная четверка, и никто не хотел уступать в ней место. Я с пониманием отнесся к этому, поскольку люди несли тяжелую икону пять дней сложнейшего пути, а  на последнем коротком этапе её  вдруг понесёт кто-то другой. А главное, что им хотелось войти с ней в стены Дивеевского монастыря.

Для меня Господь определил другое послушание.

Одна из сестёр паломниц любезно согласилась уступить мне место в четверке, которая несла икону Святого Преподобного Серафима Саровского, чуть меньших размеров. Правда мы с ней договорились, что в Дивеево я ей уступлю место, и она войдёт с иконой в монастырь. Это было справедливо и, договорившись об  этом, я возложил свою часть носилок на плечо. Опережу события и сообщу, что Господь никому не дал возможности внести иконы не только в стены монастыря, но даже в центр Дивеево и остановил наш колонну в километре от монастырских стен. Но это в следующей части моего повествования. А пока мы с большим воодушевлением, а я  еще и с благоговейным трепетом в душе и мурашками на теле от чувства гордости и умиления переполнявшего меня, двинулись в путь…

(продолжение следует)


Назад к списку